В 1164 году в походе Андрея Боголюбского на Волжскую Булгарию с ним был его сын Изяслав, брат Ярослав и муромский князь Юрий Владимирович. Поход был победоносным со взятием и сожжением трёх непоименованных городов и Бряхимова. (9, 352) В Тверской летописи уточняется, что Бряхимов стоял на Каме. (23, 236) В нём узнаётся стоявший близ устья Камы Булгар. Булгарское войско во главе с их правителем, названным летописцем князем, было разбито 1 августа, после чего правитель ушёл в Великий город, то есть Биляр. (15, 209; 22, 80) Поход начался в июле и завершился в августе.

В следующей годовой статье есть известие о кончине 28 октября Изяслава Андреевича и его похоронах во владимирском Успенском соборе. Смерть молодого князя следует связать с ранением, полученным в булгарском походе. Изяслав умер 28 октября 1164 года, а годичный сбой был связан с влиянием «эры –5509 года». В Тверской летописи о его кончине говорится в статье 6672 (1164) года:

«Того же лета преставися у князя Андрея сын Изяслав, пришед из болгарского бою». (23, 236)

Изяслав умер вскоре после похода, что летописцами скрывалось. Следует принять датировку поздних московских летописцев, относивших кончину к 28 сентября 1164 года. (12, 102) Война с булгарами была кровопролитной в отличие от летописной версии.

Татищев в статье 6670 (1162) года после описания изгнания Юрьевичей и злоключений Леона приводит редкий рассказ о попытке Андрея основать в Залесской земле митрополию:

«Князь же великий (Андрей Боголюбский. – В. Т.), видя Белую Русь многими городами и великими селы наполненну, град Владимир преизрядно устроен, созвал князей и бояр своих и говорил: „Я град сей устроил и церковь предивную зделал и украсил, многими доходы снабдил, и всю Белую Русь градами и селами великими населил и многолюдну учинил, которое единому епископу править неудобно и хочу сей град обновить митрополиею, да будет сей град престол великого княжения и главою всех в Белой Руси”. И хотел Феодора поставить митрополитом, на что многие князи и бояре согласясь, похваляли, ростовцам же сие вельми противно было.

И послал князь великий в Констянтинград к патриарху посла своего Иакова Станиславича с грамотою, прося да поставит митрополита во град Владимир, обесчевая сохранить вся написанная и уложенная в Моноканонех, и Нестора хотел принять на епископию ростовскую. Патриарх, прияв грамоту, велел объявить оную в собрании духовных, где был и Нестор, епископ ростовский, и посол Феодора, митрополита киевскаго, которые весьма тому противны были. И по многом советовании все согласясь, требование великого князя отрешили, по которому патриарх послов отпустил обратно и с ними послал грамоту». (22, 77–78)

В речи князя упомянуто украшение предивной церкви, что соответствует завершению росписи владимирского Успенского собора 30 августа 1161 года. У Татищева на это число отнесено начало росписи, что недостоверно. Церкви начинали расписывать с мая. Съезд знати во Владимире-Залесском был не ранее осени 1161 года. В Константинополь ездили в тёплое время года, так как значительная часть пути шла по Чёрному морю, где в зимний период были частыми штормы. Посольство Андрея во главе с Иаковом Станиславичем уехало к патриарху весной 1162 года. В рассказе объединены события смежных лет.

В Никоновской летописи в статье 6668 (1160) года есть сходный, но более подробный рассказ. Патриарх Лука, то есть правивший в это время Лука Хрисоверг, в своём послании к Андрею упоминает притеснителя Нестора епископа Феодора, названный сестричичем, то есть племянником по сестре императора Мануила. В послании, в частности, патриарх разделяет мнение залесских книжников об основании Владимира-Залесского Владимиром Святым, что по сию пору служит предметом дискуссий ввиду бытования мнений о его более позднем возникновении. (15, 220 и 223)

В епископе Феодоре узнаётся кандидат Андрея на митрополичий престол – черниговский епископ, обличавший епископа Леона. Выше по тексту говорится о том, что князь «любовь имяше со царем Констянтиноградским и с патриархом, и многи и чясты дары посылаше к ним». (15, 209) Андрей для установления митрополии задабривал дарами патриарха и императора, а в кандидаты предложил императорского племянника.

Лука Хрисоверг был поставлен в трудное положение. Он созвал церковный собор, на котором присутствовали представители Русской церкви – посланник митрополита Феодора и бывший ростовский епископ Нестор. К обсуждению предложений Андрея был привлечён император Мануил.

В Лаврентьевской летописи в статье 6672 (1164) года злоключения Леона описаны так:

«И бысть тяжа про то велика пред благоверным князем Андреем, и предо всеми людми. И упре его владыка Феодор. Он же иде на исправление Царюграду, а тамо упрел и Андриян епископ болгарскыи перед царем Мануилом. Стоящу царю товары над рекою, Леону молвящю на царя. Удариша слугы царевы Леона за шею и хотеша в реце утопити. Сущим ту у царя всем (по)слом кыевскыи сол, и суждальскыи (сол) Илья и переяславскыи и черниговскыи». (9, 352)

Судя по сбою в датировке, рассказ взят из переяславской летописи. После разбирательств при князе Андрее спор с низложенным епископом был продолжен при Мануиле. Император находился вне столицы у реки, что соответствует сведениям Татищева. В событиях участвовали русские послы из Киева, Суздаля, Переяславля-Южного и Чернигова. Учитывая происхождение рассказа, единственного поименованного посла следует признать переяславцем. Залесский редактор, подправив текст, выдал его за суздальца, которым в действительности был Иаков Станиславич. В Никоновской летописи уточняется, что вначале Леон побывал у патриарха Луки, а уже затем был отправлен к императору. Дополнительно приведено имя киевского посла – Иван Яковлев. (15, 222)

Конфликт провинциального епископа с князем ввиду своей малозначительности не мог быть предметом рассмотрения патриарха, а затем – императора. Споры с Леоном – реликт обсуждения предложений могущественного Андрея Боголюбского по устроению в его владениях митрополии. Патриарх по этому поводу собрал церковный собор. На него были вызваны представители с Руси, чем объясняется присутствие на соборе изгнанных ростовских епископов, послов от киевского митрополита и крупнейших русских княжеств, в которых узнаются посланники епископов. Лука не решился принять решение по столь сложной проблеме и привлёк к рассмотрению императора. Заодно заслушали и более мелкие вопросы, включая жалобу Леона.

Отношения Мануила и Андрея были осложнены предшествующими событиями.

Первые три дочери Всеволода Большое гнездо – Всеслава, Верхуслава и Сбыслава-Пелагея были от первого брака Марии Андреевны, удочерёнными Всеволодом. От брака с Марией у него известна только Елена. О её кончине 30 декабря в Лаврентьевской летописи сообщается в статье 6713 (1205) года. (9, 421) На этом участке текста в летописи применялась «эра –5509 года», и княжна умерла в предыдущем году во Владимире-Залесском, а затем была похоронена в Успенской церкви основанного её матерью Княгинина монастыря.

Святые Елены чествуются 21 и 26 мая, и 11 июля, так что княжна была известна под мирским именем, а не под принятым при возможном предсмертном пострижении.

Если мы от свадьбы Всеволода и Марии 16 апреля 1178 года поведём отсчёт деторождений, то появление первенца приурочится к январю 1179 года, второго ребёнка – к октябрю 1181-го, третьего – к июлю 1183-го. Елену назвали в честь княгини Ольги-Елены (память 11 июля), и родилась она в июле 1183 года.

Неизвестность мужа Елены и её проживание в Залесской земле означают, что она вышла замуж за местного боярина. Около времени её вхождения в брачный возраст началась блестящая карьера Михаила Борисовича, младшего сына Бориса Жидиславича. Он не позднее февраля 1204 года стал владимирским тысяцким и выполнял ответственные поручения Всеволода. Тысяцким он стал после достижения 30-летнего возраста и родился не позднее начала 1174 года.

Сын Михаила Жирослав (Жидислав) Михайлович в начале 1238 года участвовал в битве с монголами на реке Сить. (22, 236) Если мы к этому времени отнесём его акме, то свадьба его родителей приурочится к 1202 году.

Старшие дети Бориса Жидиславича достигли брачного возраста в 1167 году (Жидислав) и в 1173-м (супруга Мстислава Мстиславича). Между ними и Михаилом разница в возрасте примерно в поколение. В 1173 году Борису был 41 год, и он не позднее этого года обзавёлся молодой женой, которая родила ему сына. Последующее его бегство в Рязанское княжество, где он занял высокую должность столичного тысяцкого, говорит о том, что он породнился с рязанским князем Глебом Ростиславичем. Сыновья Глеба от Ростиславны, внучки Юрия Долгорукого, стали взрослыми и начали участвовать в военных походах с зимы 1169/1170 годов. (7, 230–231) У него вполне могла быть дочь-невеста.

Глебовна была племянницей Андрея Боголюбского и достигла брачного возраста около времени свадьбы Бориса. Бабушка Михаила была двоюродной сестрой Елены Всеволодовны, так что они были близкими родственниками, что соответствует традиции кросскузенных браков. По косвенным данным, Борис женился на Глебовне. Его младший сын стал зятем Всеволода Большое гнездо, что содействовало его карьере.

Свадьбу Михаила Борисовича и Елены Всеволодовны во Владимире-Залесском следует отнести на её 17-летие, то есть на 1200 год, свадьбу суздальского тысяцкого Бориса и княжны Глебовны в Рязани – на 1173-й. Андрей Боголюбский одобрил свадьбу своего племянника и дочери Бориса и содействовал свадьбе Бориса и своей племянницы. Борис в это время был его фаворитом. Сыновья Михаила приходились последующим правителям Залесской земли либо племянниками, либо двоюродными братьями, что позволило им сохранить за собой звание владимирских тысяцких.

Всеволод называл своих детей в честь предков, и Елена получила имя в честь его матери. Предположения о том, что вторую жену Юрия Долгорукого звали Еленой, бытуют среди историков на основании каких-то малоизвестных сведений.  (7, 471)

В Густынской летописи в статье 1162 года изгнание Юрьевичей описано так:

«В то же лето пойдоста Мстислав и Василко и Всеволод Юрьевичи со материю в Цариград к царю Мануилу, к деду своему. И даде им царь градов килка, да живут тамо». (5, 90)

Летописец считал Елену дочерью византийского императора Мануила I Комнина. Её родство с императором подтверждается выделением её сыну во владение византийских городов.

В 1149 году, заняв киевский престол, Юрий Долгорукий выделил по осени Ростиславу – Переяславль-Южный, Андрею – Вышгород, Борису – Белгород, Глеба и Мстислава он оставил в Суздальской и Ростовской земле. (22, 9) Глеб, как более старший, получил Суздаль, Мстислав – Ростов. В следующем году Глебу была передана Пересопница, высвободившаяся после ухода из неё Вячеслава Владимировича в Вышгород. (22, 16)

Лукерья, супруга Глеба, умерла в Суздале. (15, 198) Глеб оставался суздальским князем до лета 1154 года. Сведения о выделении Васильку Суздаля следует приурочить к осени 1155 года. (7, 148) Он перешёл из Ростова в Суздаль, после того как за Глебом был закреплён Переяславль-Южный.

Василько в 1149 году был оставлен отцом в Залесской земле, из-за чего не был упомянут Татищевым в рассказе о выделении уделов. Он был старше Мстислава. У летописцев Мстислав зачастую упоминается впереди Василька, что следует связать с его личной доблестью и воинственностью. Это подтверждается тем, что император его отправил на помощь крестоносцам.

Мстислав Юрьевич родился в 1132 году, Василько – не позднее 1130-го. Юрий и Елена поженились не позднее 1129 года. Приняв самый младший бытовавший на Руси брачный возраст в 15 лет, её рождение отнесётся на время не позднее 1114 года. Мануил родился в 1118 году и не мог быть отцом Елены. (1, 558) По времени рождения она была его старшей сестрой.

Иоанн II Комнин, отец Мануила, с 1104 года был женат на венгерской принцессе Ирине, дочери венгерского короля Ласло I и Аделаиды Швабской. Он родился 13 сентября 1087 года и женился в 17 лет. До замужества Ирина носила имя Пирошка (красная, то есть красивая). Рождение их детей образует такой ряд:

близнецы Алексей и Мария – 1106 год;

Андроник – 1108 год;

Анна – 1110 год;

Исаак – 1115 год;

Феодора – 1116 год;

Мануил – 1118 год;

Евдокия – 1119 год. (1, 557–558)

Дети были погодками. Если мы выправим хронологические сбои, то рождение Исаака сместится на 1114 год, Евдокии – на 1120-й. Елена родилась в 1112 году, который образует лакуну в череде деторождений. Византийцы относили русов к варварам и зачастую скрывали браки с ними.

Елена вышла замуж в традиционный для Залесской земли возраст в 17 лет в 1129 году. Как раз перед её свадьбой Византия в 1127–1128 годы вела тяжёлую войну с венграми. (1, 564) Иоанн II нуждался в союзе с соседящей с Венгрией Русью. Киевом в это время правил Мстислав Великий, старший брат Юрия. Осенью 1129 года он отправил в ссылку в Византию полоцких князей, что говорит о тесных союзнических отношениях с императором, сложившихся в предшествующий период.

В 1128 году был заключён союзнический русско-византийский договор, скреплённый в следующем году браком Юрия и Елены. Мстислав содействовал венгерско-византийскому замирению и использовал Византию для устранения своих политических противников. Вовлечение Юрия в русско-византийские отношения подтверждает участие его суздальского тысяцкого Георгия Симоновича в охране ссыльных полоцких князей. (26, 216)

Наличие у Юрия знатной жены, сестры правившего Византией императора, объясняет его настойчивое желание перебраться на юг и длительную борьбу за великокняжеский престол. Елену тяготила жизнь в северном захолустье.

Мстислав Юрьевич приходился Феодоре Комнине двоюродным братом, что объясняет его отправку в Иерусалимское королевство и высокое там положение.

В Лаврентьевской летописи в статье 6643 (1135) года сообщается о попытке Юрия Долгорукого обменять с великим князем киевским Ярополком Владимировичем большую часть Залесской земли на Переяславское княжество. (9, 302) Татищев под этим же годом приводит более подробный рассказ. (21, 145) Из-за противодействия иных князей Юрий потерпел неудачу. Он не дорожил Залесской землёй и готов был покинуть её.

Андрей Боголюбский изгнал сестру императора и его племянников, которые летом 1162 года приехали ко двору Мануила. Столь недружественное поведение при желании освободиться от опеки Киева, где полномочным представителем империи был грек-митрополит, внушало опасения заполучить враждебную Византии силу. Русские послы, основываясь на мнении своих правителей, должны были сопротивляться сепаратистским устремлениям залесского властелина, грозящих целостности страны.

Отделённая от империи иными странами Русь не представляла угрозы для Византии и рассматривалась императорами в качестве сдерживающей более агрессивных северных варваров силы. Империя не была заинтересована в её ослаблении и раздроблении. Всё это обусловило крушение планов Андрея. Мануил сделал ставку на Ростислава и, замирившись с русскими князьями, в 1164 году напал на Венгрию. (1, 630)

К патриарху посланники Андрея приехали летом 1162 года. Вызов представителей с Руси, созыв церковного собора, рассмотрение дел при патриархе и отлучившемся из столицы на Балканы Мануиле заняли много времени. Леона под Адрианополем собирались утопить в реке, так что события проходили в тёплое время года. Лука затребовал представителей Русской церкви, и его послание попало на Русь ближе к концу тёплого сезона этого года. Русские послы прибыли на собор летом 1163 года, когда и было принято решение об отказе Андрею. Его привёз в Залесскую землю по осени патриарший посол Андрей, названный у Татищева ошибочно суздальским послом. (15, 222; 22, 77) Истребление известий в Лаврентьевской летописи как раз включает 1163 год.

Из-за сокращения переяславского рассказа сохранились только разрозненные реликты известий о соборе. Наиболее подробные сведения были об ошельмованном и сгинувшем в каком-то византийском монастыре Леоне.

В 1164 году в походе Андрея Боголюбского на Волжскую Булгарию с ним был его сын Изяслав, брат Ярослав и муромский князь Юрий Владимирович. Поход был победоносным со взятием и сожжением трёх непоименованных городов и Бряхимова. (9, 352) В Тверской летописи уточняется, что Бряхимов стоял на Каме. (23, 236) В нём узнаётся стоявший близ устья Камы Булгар. Булгарское войско во главе с их правителем, названным летописцем князем, было разбито 1 августа, после чего правитель ушёл в Великий город, то есть Биляр. (15, 209; 22, 80) Поход начался в июле и завершился в августе.

В следующей годовой статье есть известие о кончине 28 октября Изяслава Андреевича и его похоронах во владимирском Успенском соборе. Смерть молодого князя следует связать с ранением, полученным в булгарском походе. Изяслав умер 28 октября 1164 года, а годичный сбой был связан с влиянием «эры –5509 года». В Тверской летописи о его кончине говорится в статье 6672 (1164) года:

«Того же лета преставися у князя Андрея сын Изяслав, пришед из болгарского бою». (23, 236)

Изяслав умер вскоре после похода, что летописцами скрывалось. Следует принять датировку поздних московских летописцев, относивших кончину к 28 сентября 1164 года. (12, 102) Война с булгарами была кровопролитной в отличие от летописной версии.

Татищев в статье 6670 (1162) года после описания изгнания Юрьевичей и злоключений Леона приводит редкий рассказ о попытке Андрея основать в Залесской земле митрополию:

«Князь же великий (Андрей Боголюбский. – В. Т.), видя Белую Русь многими городами и великими селы наполненну, град Владимир преизрядно устроен, созвал князей и бояр своих и говорил: „Я град сей устроил и церковь предивную зделал и украсил, многими доходы снабдил, и всю Белую Русь градами и селами великими населил и многолюдну учинил, которое единому епископу править неудобно и хочу сей град обновить митрополиею, да будет сей град престол великого княжения и главою всех в Белой Руси”. И хотел Феодора поставить митрополитом, на что многие князи и бояре согласясь, похваляли, ростовцам же сие вельми противно было.

И послал князь великий в Констянтинград к патриарху посла своего Иакова Станиславича с грамотою, прося да поставит митрополита во град Владимир, обесчевая сохранить вся написанная и уложенная в Моноканонех, и Нестора хотел принять на епископию ростовскую. Патриарх, прияв грамоту, велел объявить оную в собрании духовных, где был и Нестор, епископ ростовский, и посол Феодора, митрополита киевскаго, которые весьма тому противны были. И по многом советовании все согласясь, требование великого князя отрешили, по которому патриарх послов отпустил обратно и с ними послал грамоту». (22, 77–78)

В речи князя упомянуто украшение предивной церкви, что соответствует завершению росписи владимирского Успенского собора 30 августа 1161 года. У Татищева на это число отнесено начало росписи, что недостоверно. Церкви начинали расписывать с мая. Съезд знати во Владимире-Залесском был не ранее осени 1161 года. В Константинополь ездили в тёплое время года, так как значительная часть пути шла по Чёрному морю, где в зимний период были частыми штормы. Посольство Андрея во главе с Иаковом Станиславичем уехало к патриарху весной 1162 года. В рассказе объединены события смежных лет.

В Никоновской летописи в статье 6668 (1160) года есть сходный, но более подробный рассказ. Патриарх Лука, то есть правивший в это время Лука Хрисоверг, в своём послании к Андрею упоминает притеснителя Нестора епископа Феодора, названный сестричичем, то есть племянником по сестре императора Мануила. В послании, в частности, патриарх разделяет мнение залесских книжников об основании Владимира-Залесского Владимиром Святым, что по сию пору служит предметом дискуссий ввиду бытования мнений о его более позднем возникновении. (15, 220 и 223)

В епископе Феодоре узнаётся кандидат Андрея на митрополичий престол – черниговский епископ, обличавший епископа Леона. Выше по тексту говорится о том, что князь «любовь имяше со царем Констянтиноградским и с патриархом, и многи и чясты дары посылаше к ним». (15, 209) Андрей для установления митрополии задабривал дарами патриарха и императора, а в кандидаты предложил императорского племянника.

Лука Хрисоверг был поставлен в трудное положение. Он созвал церковный собор, на котором присутствовали представители Русской церкви – посланник митрополита Феодора и бывший ростовский епископ Нестор. К обсуждению предложений Андрея был привлечён император Мануил.

В Лаврентьевской летописи в статье 6672 (1164) года злоключения Леона описаны так:

«И бысть тяжа про то велика пред благоверным князем Андреем, и предо всеми людми. И упре его владыка Феодор. Он же иде на исправление Царюграду, а тамо упрел и Андриян епископ болгарскыи перед царем Мануилом. Стоящу царю товары над рекою, Леону молвящю на царя. Удариша слугы царевы Леона за шею и хотеша в реце утопити. Сущим ту у царя всем (по)слом кыевскыи сол, и суждальскыи (сол) Илья и переяславскыи и черниговскыи». (9, 352)

Судя по сбою в датировке, рассказ взят из переяславской летописи. После разбирательств при князе Андрее спор с низложенным епископом был продолжен при Мануиле. Император находился вне столицы у реки, что соответствует сведениям Татищева. В событиях участвовали русские послы из Киева, Суздаля, Переяславля-Южного и Чернигова. Учитывая происхождение рассказа, единственного поименованного посла следует признать переяславцем. Залесский редактор, подправив текст, выдал его за суздальца, которым в действительности был Иаков Станиславич. В Никоновской летописи уточняется, что вначале Леон побывал у патриарха Луки, а уже затем был отправлен к императору. Дополнительно приведено имя киевского посла – Иван Яковлев. (15, 222)

Конфликт провинциального епископа с князем ввиду своей малозначительности не мог быть предметом рассмотрения патриарха, а затем – императора. Споры с Леоном – реликт обсуждения предложений могущественного Андрея Боголюбского по устроению в его владениях митрополии. Патриарх по этому поводу собрал церковный собор. На него были вызваны представители с Руси, чем объясняется присутствие на соборе изгнанных ростовских епископов, послов от киевского митрополита и крупнейших русских княжеств, в которых узнаются посланники епископов. Лука не решился принять решение по столь сложной проблеме и привлёк к рассмотрению императора. Заодно заслушали и более мелкие вопросы, включая жалобу Леона.

Отношения Мануила и Андрея были осложнены предшествующими событиями.

Первые три дочери Всеволода Большое гнездо – Всеслава, Верхуслава и Сбыслава-Пелагея были от первого брака Марии Андреевны, удочерёнными Всеволодом. От брака с Марией у него известна только Елена. О её кончине 30 декабря в Лаврентьевской летописи сообщается в статье 6713 (1205) года. (9, 421) На этом участке текста в летописи применялась «эра –5509 года», и княжна умерла в предыдущем году во Владимире-Залесском, а затем была похоронена в Успенской церкви основанного её матерью Княгинина монастыря.

Святые Елены чествуются 21 и 26 мая, и 11 июля, так что княжна была известна под мирским именем, а не под принятым при возможном предсмертном пострижении.

Если мы от свадьбы Всеволода и Марии 16 апреля 1178 года поведём отсчёт деторождений, то появление первенца приурочится к январю 1179 года, второго ребёнка – к октябрю 1181-го, третьего – к июлю 1183-го. Елену назвали в честь княгини Ольги-Елены (память 11 июля), и родилась она в июле 1183 года.

Неизвестность мужа Елены и её проживание в Залесской земле означают, что она вышла замуж за местного боярина. Около времени её вхождения в брачный возраст началась блестящая карьера Михаила Борисовича, младшего сына Бориса Жидиславича. Он не позднее февраля 1204 года стал владимирским тысяцким и выполнял ответственные поручения Всеволода. Тысяцким он стал после достижения 30-летнего возраста и родился не позднее начала 1174 года.

Сын Михаила Жирослав (Жидислав) Михайлович в начале 1238 года участвовал в битве с монголами на реке Сить. (22, 236) Если мы к этому времени отнесём его акме, то свадьба его родителей приурочится к 1202 году.

Старшие дети Бориса Жидиславича достигли брачного возраста в 1167 году (Жидислав) и в 1173-м (супруга Мстислава Мстиславича). Между ними и Михаилом разница в возрасте примерно в поколение. В 1173 году Борису был 41 год, и он не позднее этого года обзавёлся молодой женой, которая родила ему сына. Последующее его бегство в Рязанское княжество, где он занял высокую должность столичного тысяцкого, говорит о том, что он породнился с рязанским князем Глебом Ростиславичем. Сыновья Глеба от Ростиславны, внучки Юрия Долгорукого, стали взрослыми и начали участвовать в военных походах с зимы 1169/1170 годов. (7, 230–231) У него вполне могла быть дочь-невеста.

Глебовна была племянницей Андрея Боголюбского и достигла брачного возраста около времени свадьбы Бориса. Бабушка Михаила была двоюродной сестрой Елены Всеволодовны, так что они были близкими родственниками, что соответствует традиции кросскузенных браков. По косвенным данным, Борис женился на Глебовне. Его младший сын стал зятем Всеволода Большое гнездо, что содействовало его карьере.

Свадьбу Михаила Борисовича и Елены Всеволодовны во Владимире-Залесском следует отнести на её 17-летие, то есть на 1200 год, свадьбу суздальского тысяцкого Бориса и княжны Глебовны в Рязани – на 1173-й. Андрей Боголюбский одобрил свадьбу своего племянника и дочери Бориса и содействовал свадьбе Бориса и своей племянницы. Борис в это время был его фаворитом. Сыновья Михаила приходились последующим правителям Залесской земли либо племянниками, либо двоюродными братьями, что позволило им сохранить за собой звание владимирских тысяцких.

Всеволод называл своих детей в честь предков, и Елена получила имя в честь его матери. Предположения о том, что вторую жену Юрия Долгорукого звали Еленой, бытуют среди историков на основании каких-то малоизвестных сведений.  (7, 471)

В Густынской летописи в статье 1162 года изгнание Юрьевичей описано так:

«В то же лето пойдоста Мстислав и Василко и Всеволод Юрьевичи со материю в Цариград к царю Мануилу, к деду своему. И даде им царь градов килка, да живут тамо». (5, 90)

Летописец считал Елену дочерью византийского императора Мануила I Комнина. Её родство с императором подтверждается выделением её сыну во владение византийских городов.

В 1149 году, заняв киевский престол, Юрий Долгорукий выделил по осени Ростиславу – Переяславль-Южный, Андрею – Вышгород, Борису – Белгород, Глеба и Мстислава он оставил в Суздальской и Ростовской земле. (22, 9) Глеб, как более старший, получил Суздаль, Мстислав – Ростов. В следующем году Глебу была передана Пересопница, высвободившаяся после ухода из неё Вячеслава Владимировича в Вышгород. (22, 16)

Лукерья, супруга Глеба, умерла в Суздале. (15, 198) Глеб оставался суздальским князем до лета 1154 года. Сведения о выделении Васильку Суздаля следует приурочить к осени 1155 года. (7, 148) Он перешёл из Ростова в Суздаль, после того как за Глебом был закреплён Переяславль-Южный.

Василько в 1149 году был оставлен отцом в Залесской земле, из-за чего не был упомянут Татищевым в рассказе о выделении уделов. Он был старше Мстислава. У летописцев Мстислав зачастую упоминается впереди Василька, что следует связать с его личной доблестью и воинственностью. Это подтверждается тем, что император его отправил на помощь крестоносцам.

Мстислав Юрьевич родился в 1132 году, Василько – не позднее 1130-го. Юрий и Елена поженились не позднее 1129 года. Приняв самый младший бытовавший на Руси брачный возраст в 15 лет, её рождение отнесётся на время не позднее 1114 года. Мануил родился в 1118 году и не мог быть отцом Елены. (1, 558) По времени рождения она была его старшей сестрой.

Иоанн II Комнин, отец Мануила, с 1104 года был женат на венгерской принцессе Ирине, дочери венгерского короля Ласло I и Аделаиды Швабской. Он родился 13 сентября 1087 года и женился в 17 лет. До замужества Ирина носила имя Пирошка (красная, то есть красивая). Рождение их детей образует такой ряд:

близнецы Алексей и Мария – 1106 год;

Андроник – 1108 год;

Анна – 1110 год;

Исаак – 1115 год;

Феодора – 1116 год;

Мануил – 1118 год;

Евдокия – 1119 год. (1, 557–558)

Дети были погодками. Если мы выправим хронологические сбои, то рождение Исаака сместится на 1114 год, Евдокии – на 1120-й. Елена родилась в 1112 году, который образует лакуну в череде деторождений. Византийцы относили русов к варварам и зачастую скрывали браки с ними.

Елена вышла замуж в традиционный для Залесской земли возраст в 17 лет в 1129 году. Как раз перед её свадьбой Византия в 1127–1128 годы вела тяжёлую войну с венграми. (1, 564) Иоанн II нуждался в союзе с соседящей с Венгрией Русью. Киевом в это время правил Мстислав Великий, старший брат Юрия. Осенью 1129 года он отправил в ссылку в Византию полоцких князей, что говорит о тесных союзнических отношениях с императором, сложившихся в предшествующий период.

В 1128 году был заключён союзнический русско-византийский договор, скреплённый в следующем году браком Юрия и Елены. Мстислав содействовал венгерско-византийскому замирению и использовал Византию для устранения своих политических противников. Вовлечение Юрия в русско-византийские отношения подтверждает участие его суздальского тысяцкого Георгия Симоновича в охране ссыльных полоцких князей. (26, 216)

Наличие у Юрия знатной жены, сестры правившего Византией императора, объясняет его настойчивое желание перебраться на юг и длительную борьбу за великокняжеский престол. Елену тяготила жизнь в северном захолустье.

Мстислав Юрьевич приходился Феодоре Комнине двоюродным братом, что объясняет его отправку в Иерусалимское королевство и высокое там положение.

В Лаврентьевской летописи в статье 6643 (1135) года сообщается о попытке Юрия Долгорукого обменять с великим князем киевским Ярополком Владимировичем большую часть Залесской земли на Переяславское княжество. (9, 302) Татищев под этим же годом приводит более подробный рассказ. (21, 145) Из-за противодействия иных князей Юрий потерпел неудачу. Он не дорожил Залесской землёй и готов был покинуть её.

Андрей Боголюбский изгнал сестру императора и его племянников, которые летом 1162 года приехали ко двору Мануила. Столь недружественное поведение при желании освободиться от опеки Киева, где полномочным представителем империи был грек-митрополит, внушало опасения заполучить враждебную Византии силу. Русские послы, основываясь на мнении своих правителей, должны были сопротивляться сепаратистским устремлениям залесского властелина, грозящих целостности страны.

Отделённая от империи иными странами Русь не представляла угрозы для Византии и рассматривалась императорами в качестве сдерживающей более агрессивных северных варваров силы. Империя не была заинтересована в её ослаблении и раздроблении. Всё это обусловило крушение планов Андрея. Мануил сделал ставку на Ростислава и, замирившись с русскими князьями, в 1164 году напал на Венгрию. (1, 630)

К патриарху посланники Андрея приехали летом 1162 года. Вызов представителей с Руси, созыв церковного собора, рассмотрение дел при патриархе и отлучившемся из столицы на Балканы Мануиле заняли много времени. Леона под Адрианополем собирались утопить в реке, так что события проходили в тёплое время года. Лука затребовал представителей Русской церкви, и его послание попало на Русь ближе к концу тёплого сезона этого года. Русские послы прибыли на собор летом 1163 года, когда и было принято решение об отказе Андрею. Его привёз в Залесскую землю по осени патриарший посол Андрей, названный у Татищева ошибочно суздальским послом. (15, 222; 22, 77) Истребление известий в Лаврентьевской летописи как раз включает 1163 год.

Из-за сокращения переяславского рассказа сохранились только разрозненные реликты известий о соборе. Наиболее подробные сведения были об ошельмованном и сгинувшем в каком-то византийском монастыре Леоне.