Дворянский род Долговых-Сабуровых так определял своё происхождение:

«Предок их мурза Атун, сын мурзы Андана, принял в тринадцатом веке святое крещение под именем Бориса. Он имел сына Осипа, внука Матвея, по прозвищу Долгий, и правнука Федора, по прозвищу Сабур». (5, 393)

Мурза Атун, сына мурзы Андана, крестился в XIII веке и принял имя Борис. Его внук Матвей Осипович имел прозвище Долгий, правнук Фёдор – прозвище Сабур. Мурза крестился в Ярославле, а затем перебрался во Владимир-Залесский и стал боярином Александра Невского. Александр жил во Владимире-Залесском в 1252–1263 годы.

Титул мурза восходит к иранскому обозначению принца (амир-заде). В раннюю эпоху ордынской истории этот титул принадлежал Чингизидам. Вхождение жителя провинциального Ярославля в малочисленную боярскую думу великого князя, равно как и неизвестное, по письменным источникам, крещение Чингизида – факты из разряда недостоверных. Но зато в этот период в Ярославле произошёл такой примечательный случай:

«В лето 6770 (1262). Избави Бог от лютаго томленья бесурьменскаго люди Ростовския земля. Вложи ярость в сердца крестьяном не терпяще насилья поганых. Изволиша вече и выгнаша из городов из Ростова, из Володимера, из Суждаля, из Ярославля. Окупахуть бо ти ока(я)ннии бесурмене дани. И от того велику пагубу людем творяхуть. Роботяще резы и многы души крестьяньскыя раздно ведоша. Видевше же человеколюбец Бог послуша моленья Матерняя избави люди своя от великыя беды.

Том же лете убиша Изосиму преступника. То бе мних образом, точью сотоне сосуд, бе бо пьяница, и студословец, празднословец и кощюнник. Конечное же отвержеся Христа и бысть бесурменин, вступив в прелесть лживаго пророка Махмеда. Бе бо тогда Титям приехал от царя татарского именем Кутлубии зол сыи бесурменин. Того поспехом ока(я)нныи лишеник творяще христианом велику досаду, кресту и святем церквам поругаися. Егда же люди на врагы своя двигшася на бесурмены и изгнаша, иных избиша. Тогда и сего беззаконного Зосиму убиша в городе Ярославли, бе бо тело его яд(ят) псом и вороном». (10, 476)

В 1262 году по Залесской земле прокатилось антиордынское восстание. В Львовской летописи уточняется, что Зосима был убит «в осенинах». (12, 164) Восстание было осенью. За неуплату дани откупщики из мусульманских купцов многих обращали в рабство. Откупщики были частично истреблены, частично изгнаны. В Ярославле их главным помощником был местный житель Изосим-Зосима, принявший мусульманство. Во время восстания этот пособник был убит, его тело выбросили на съедение собакам и птицам.  Убитому была дана самая отрицательная характеристика сквернословца и колдуна-кощунника. Обращает внимание замысловатое определение мних образом, то есть имеющий вид монаха.

Рассказ Татищева разъясняет малопонятное выражение работяще резы:

«Того же лета совет бысть на татаровей по всем градом руским, и по убиении Батыеве сын его Сартак, и посем инии. Князи рустии, согласившеся меж собою, изгнаша татар из градов своих. Бе бо от них насилия много, откупаху бо богатыя от татар, и они корыстовахуся сами. И мнози люди убози, не могущим вскоре выплатити, налагаху росты более, как у руских повелося, и в ростех людие работаху.

И тако князи рустии изгнаша татар, а иных избиша, а инии от них крестишася. Тогда же убиша в Ярославле Изосиму отступника, иже чернец быв, отвержеся христинаские веры, и бысть бесерменин зол вельми, и прият доспех от посла царева Титяка, и много зла твориша христианом. Его же убивше православнии христиане и повергоша псом на снедение». (28, 44)

Откупщики-ростовщики беднякам, не имевшим возможности выплатить подати, давали деньги под проценты-резы, большие, нежели это было принято на Руси. Попавшие в долговую кабалу люди были вынуждены на них работать. Организаторами восстания были князья – Александр Невский и его родственники.

Восстание произошло в правление Берке, который был мусульманином и поощрял распространение мусульманства. Переход христианина в мусульманство в его эпоху особого удивления не вызывает. Легенда Долговых-Сабуровых восходит к Зосиме.

Зосима назван бывшим монахом, то есть расстригой. Он был возвышен послом Титяком, вручившим ему доспех. Вручение доспеха входило в ордынский обряд возведения в должность. Так, сменивший Александра его брат Ярослав прошёл в Орде такой обряд: «даде ему доспех, и повеле (хан Берке. – В. Т.) обвести его по чину на великое княжение». (28, 44) После вручения доспеха и ордынского обряда возведения в великие князья Ярослав Ярославич был отпущен домой. Принявший мусульманство Зосима был возведён в ордынскую должность, которая обязывала его помогать сборщикам дани. Судя по этим обязанностям, он стал баскаком.

Зосима-Борис был ярославским боярином, перешедшим на ордынскую службу и принявшим в мусульманстве имя Атун. Его светским именем было Борис, крестильным – Зосима. Мурза Андан имеет имя, созвучное с именем Андан. Боярин, родившийся до Батыева нашествия, не мог быть сыном ордынского мурзы. Два разных извода сказания о первопредке были соединены. Мусульманское имя имело формы Атун, Андан.

Упоминание о переходе во время мятежа ордынцев в православие находит подтверждение в Устюжском летописном своде, где в статье 6770 (1262) года значится:

«А на Устюзе городе тогда ясащик Буга богатырь и взял к некоего крестьянина дщерь девицу насилием за ясак на постелю. И приде на Устюг грамота от великого князя Александра Ярославича, что татар бити, и девка сказала Буге. И он, пришед на вечье, и доби челом устюжаном на их воле, и крестися, а з девицею венчася, и наречено бысть имя ему Иван». (40, 47)  

Сборщик дани-ясака Буга в Устюге сожительствовал с местной крестьянской девушкой, которая предупредила его о полученном указании уничтожать ордынцев. Баскак-ясащик Буга-богатур явился на вече, попросил у устюжан принять его в их среду и, получив согласие, крестился, взяв имя Иван. После этого Буга-Иван женился на своей спасительнице.

Провинциальный летописец простодушно выдал главу заговора против ордынцев. Им был великий князь владимирский Александр Невский. После инспирированного им восстания князя вызвали в Орду, и при возвращении он умер. Берке, несмотря на уничтожение своих сотрудников, воздержался от карательного похода, но расправился с зачинщиком беспорядков, тайно отравив его.

На исторической арене Долговы-Сабуровы появились довольно поздно. В документах эпохи Ивана Грозного они, так же как и их более знатные и известные однофамильцы Сабуровы из Костромы, именуются Сабуровыми. Это вводило исследователей в заблуждение, которые путали представителей этих двух родов. (5, 393) В Дворовой тетради 50-х годов XVI века по Ярославлю упомянуты:

«Богдан да Пятой дети Шепякова Сабурова…

Андрейко да Митько Микитины дети Сабурова…

Темир да Пятой Яковлевы дети Сабурова». (38, 144)

В родословной Долговых-Сабуровых Андрей и Дмитрий, Темер и Пятый числятся в качестве сыновей родных братьев Никиты и Якова соответственно. Братья были сыновьями Петра, внуками Фёдора, правнуками Фёдора Сабура. (20, 83) Если мы приурочим акме ярославцев к этим известиям, то их рождение отнесётся самое раннее на 1520-е годы.

Рождение жившего за семь поколений до них Бориса при счёте 25-летними поколениями отнесётся на 1340-е годы. При счёте по первенцам длительность поколений могла быть короче. Ярославскому боярину Борису в 1262 году было не менее 30 лет, и в родословной выпало не менее четырёх поколений.

Проживавшие в 1550-е годы в Торжке, Торопце, новгородской Водской пятине и псковской Мелетовской засаде немногочисленные Сабуровы, судя по наличию среди них Вислоуховых-Сабуровых и Вельяминовых-Сабуровых, были переселенцами из Костромы. (38, 60 и 80 и 86 и 99 и 101 и 198)

Долговы-Сабуровы в 1550-е годы обитали в Ярославле и его окрестностях. Позднее их потомки продолжали владеть здесь землями. Так, под 1679 годом известен ярославский помещик Михаил Маркович, принадлежавший к этому роду. (20, 84) На протяжении веков Долговы-Сабуровы жили в Ярославском княжестве, хотя отдельные их представители могли переселяться в иные места.

Потомки Бориса были ярославцами, что привело к маскировке образа ошельмованного летописцами боярина посредством именования малоизвестным крестильным именем. В родовых сказаниях его переход в мусульманство был заменён на более благородный переход из мусульманства в христианство, а гибель в мятеже опущена.

Владения Андрияна Поповича были вблизи Шернского леса, и он был жителем Ярославского княжества. Именование Зосимы похожим на монаха восходит к его родовому прозвищу Попович. Ярославский боярский род имел ряд характерных прозвищ Попович, Долгов, Сабуров, что позволяет их причислить к потомкам Юрия Долгого из Сабурова, чей старший сын носил в честь него прозвище Попович.

Выселение Александра Поповича в Шестаково говорит о том, что у него был младший брат, которому досталось родовое Сабурово. Если мы акме Андрияна Поповича приурочим к 1238 году, то его рождение отнесётся на 1203-й. В этом случае его отец родился не позднее 1185 года. Отсутствие претендентов на происхождение от прославленного в сказаниях Александра Поповича говорит о том, что мужского потомства он не оставил. Андриян был его племянником от младшего брата.

Переселение Андрияна из Сабурово в Ярославское княжество было связано с его поступлением на службу к первому ярославскому удельному князю Всеволоду Константиновичу. Князь родился в 1210 году и достиг совершеннолетия в 1227-м, в котором его послали на княжение в Переяславль-Южный. В столицу своего нового удела он прибыл 15 сентября. (10, 450) На юге он пробыл недолго. Уже в следующем году он вернулся в Ярославль, будучи заменённым на своего дядю Святослава Всеволодовича. В январе 1229 года Всеволод участвовал в мордовском походе своего дяди Юрия. (27, 221) Святослав был отправлен на юг в зиму 1228/1229 годов. (10, 451) Всеволод вернулся на север в декабре 1228 года, а Святослав начал править вместо него в ноябре.

Всеволод, согласно ростовским преданиям, женился на дочери курского князя Олега Святославича в 1228 году. Его жена Ольга, в монашестве Марина, пережила его и скончалась 1 марта 1279 года. (30, 569) Судя по южному происхождению невесты, Всеволод женился во время своего переяславского княжения. По Никоновской летописи, это произошло в 1227 году. (17, 94) Всеволод женился в конце 1227 года, сбой на год в некоторых датировках был связан с влиянием «эры –5509 года».

Всеволод получил Ярославль в 7-летнем возрасте. Фактическое его правление здесь началось в декабре 1228 года. Андриян в 1227 году стал дружинником Всеволода и позднее вместе с ним поселился в Ярославле. Будучи из знатного ростовского боярского рода Андриян стал ярославским боярином.

После гибели Всеволода Ярославлем стал править его малолетний сын Василий. В зиму 1249/1250 годов умерли во Владимире-Залесском угличский князь Владимир Константинович (27 декабря на св. Стефана) и ярославский князь Василий Всеволодович (на память св. Феодора), очевидно, в результате эпидемии. Первого похоронили в Угличе, второго – в Ярославле. (10, 472) Святые Феодоры отмечаются 8 и 17 февраля. Татищев в аналогичном сообщении упоминает 8 февраля. (28, 40) Владимир умер 27 декабря 1249 года, Василий – 8 февраля 1250-го. Василий позднее был причтён к лику святых. (6, 92)

После кончины Василия ярославским князем стал его брат Константин. По мнению церковных историков, он погиб в битве с ордынцами 3 июля 1259 года. (23, 198; 6, 92) Местные предания связывают битву с Туговой горой близ южных окраин Ярославля (ныне в черте города). Но в 1259 году отношения с ордынцами были мирными. Попытки связать летнюю битву с сопротивлением, оказанным ярославцами в ходе ордынской переписи населения 1257 года, неудачны. Перепись велась в зиму 1257/1258 годов. (10, 474–475)

Военные действия с ордынцами в эту эпоху были только в июле 1252 года, когда Александр Невский натравил на своего младшего брата великого князя владимирского Андрея так называемую Неврюеву рать. Андрей был разбит под Переяславлем-Залесским 24 июля. (17, 139) Константин погиб в июле 1252 года, и дата его кончины «провалилась» на семь лет.

Дети у Константина неизвестны. У Василия был сын Василий. (28, 40) На исторической арене Василий Васильевич ничем себя не проявил, так что умер рано. Прерывание мужской линии ярославских князей привело к тому, что ярославским князем стал можайский князь Фёдор Ростиславич Чёрный, женатый на Марии, дочери Василия Всеволодовича.

Мария вышла замуж за Фёдора в 1277 году, а до этого с 1252 года в Ярославле правили женщины, вдовы Всеволода Константиновича и Василия Всеволодовича. Татищев, опуская правление Константина, называет правительницей Ярославля после Василия его вдову и дочь. (28, 53) Вдовой Василия была Ксения неизвестного происхождения. (6, 93) Этим следует объяснить возвышение Бориса-Зосимы, бывшего фактическим правителем Ярославля в эпоху отсутствия в нём князя.

Очень вероятно, что принятие мусульманства и ордынского чина Борисом сопровождалось его женитьбой на знатной ордынке. Значение среди ярославцев его связи с ордынцами возросло после того, как Фёдор Чёрный стал зятем хана Менгу-Тимура. От этого брака бы Давид, от которого пошли позднейшие ярославские князья. Долговы-Сабуровы приписывали себе ордынское происхождение для сохранения близости к княжеской династии.

Самый ранний из костромских Сабуровых Давид Давидович Зерно погиб в смуту 1304 года. (17, 175) В 1331 году его престарелый сын Захарий Зерно постригся в монахи. (36, 482) Давид Давидович был среди участников свадьбы Михаила (сын ростовского князя Глеба Васильковича) и дочери ярославского князя Фёдора Чёрного. Свадьба была в Ярославле 15 июля 1278 года. Давид открывал перечень анонимных бояр, участников свадьбы. (28, 54) Ему было не менее 30 лет, и он родился не позднее 1248 года.

В междоусобице Константина и Юрия Всеволодовичей Александр Попович, находившийся на суздальской службе, поддержал Юрия. Отпадение Костромы от власти Константина следует связать с переходом наместника Костромы на сторону его противника. В результате Кострома была сожжена, наместник изгнан. Но с приходом к власти после смерти Константина Юрия его сторонники в Костроме должны были восстановить своё влияние. Александр Попович прочно обосновался в Киеве при Мстиславе Романовиче и после перемены власти в Залесскую землю не вернулся.

В Костроме существовал знатный род Сабуровых. Костромич Фёдор Сабур был участником Куликовской битвы и служил в Великом полку. (26, 46; 36, 322) Кострома в это время напрямую подчинялась Москве. В «Бархатной книге» родоначальником Сабуровых назван Дмитрий Зерно, а Фёдор Сабур – его внуком от старшего сына Ивана. Младшим братом Фёдора был Иван Годун, ставший основателем рода Годуновых. (32, 240)

Если мы акме Фёдора Сабура отнесём на прославивший его 1380 год, то его рождение приурочится к 1345-му. При исчислении поколений в 25 лет рождение его деда придётся на 1295-й. Дмитрий Зерно был сыном Захарии и внуком Давида. (17, 175; 36, 481–482) Отсчитывая два поколения, получаем для рождения Давида 1245 год. Хронологические указания непротиворечивы.

Давид был сыном Давида, родившегося около 1220 года. Борис, если его акме приурочить к 1262 году, родился около 1227 года. Первый Давид был одного поколения с Борисом. Они были названы в честь святых братьев Бориса-Романа и Глеба-Давида. Костромские Сабуровы имеют меньше черт, связывающих их с Сабурово. Они отделились от сабуровского боярского рода позднее ярославских Сабуровых и переехали в Кострому из Ярославля. В Давиде-Глебе и Борисе узнаются сыновья Андриана Поповича.

Давид Зерно получил имя в честь отца и родился после его гибели. Гибель старшего сына Андриана следует связать с Батыевым нашествием. Давид был взрослым, принял участие в войне и погиб, Борис был малолетним и уцелел.

Родственники Александра Поповича участвовали в битвах с войсками Батыя, их потомки дали Руси двух царей – Бориса Годунова и его сына Фёдора, много воевод и вельмож, основали Ипатьевский монастырь.

Сабуровы и их многочисленные ответвления происходили от ростовских тысяцких. Самым ранним из известных их предков был Претич, зять Святослава Великого, спасший Киев от печенежской осады летом 960 года. (10, 66–67; 37, 160) Из-за «эры –5516 года» летописная дата «всплыла» на восемь лет. Этот род имеет почтенный возраст – более тысячелетия.

Первым удельным князем Костромы стал Василий, младший сын Ярослава Всеволодовича. О выделении уделов Ярославичам их дядей Святославом, пришедшим к власти после кончины Ярослава, сообщается под 1247 годом. (10, 471) Татищев называет Василия среди получивших уделы. (28, 38) Распределение уделов было весной 1247 года, когда Василий стал костромским князем. Кострома была выделена из былого удела Василька Константиновича в самостоятельное княжество.

В 1272 году Василий Ярославич стал великим князем владимирским. (10, 525) Свою резиденцию он оставил в Костроме, которая фактически стала столицей Владимирского великого княжества. Этот столичный статус позднее содействовал превращению города в резервную столицу Московской Руси.

За приверженность Костроме Василий получил прозвище Костромской, а в качестве младшего из Ярославичей – прозвище Мизиный (от мизинца, самого маленького пальца на руке). В январе 1277 года Василий умер и был похоронен в костромской церкви св. Феодора. (10, 525; 28, 52; 6, 136) Он родился в 1241 году. (10, 523) Мнение Татищева о том, что князь прожил 40 лет, основано на «сбитой» не менее чем на четыре года дате его рождения.

После кончины бездетного Василия Кострома перешла к его племяннику городецкому князю Андрею Скоросому, получившему прозвище за свой вспыльчивый характер. Андрей был сыном Александра Невского, враждовал со своим братом Дмитрием из-за великокняжеского престола. Несмотря на то что Андрей занимал разные княжеские престолы, включая великокняжеский, подобно Василию, считал своим родовым центром Городец-на-Волге, в котором 27 июля 1304 года умер и был похоронен в церкви Михаила Архангела. (6, 22 и 24)

Во время междоусобной борьбы за Переяславль-Залесский в 1293 году из него ненадолго был переведён в Кострому князь Иван Дмитриевич. (10, 527; 6, 66) В предыдущем году он женился на дочери ростовского князя Дмитрия Борисовича. (10, 527) В 1294 году после кончины Дмитрия Александровича звание великого князя владимирского перешло к его брату Андрею Скоросому. В этом же году скончался Дмитрий Борисович, и Ростовским княжеством стал править его брат Константин. Вскоре Андрей женился на Василисе, дочери умершего Дмитрия Борисовича. (10, 527) Кострома хоть и выделилась в столицу удела, продолжала считаться частью Ростовской земли, что обусловило брачные связи владевших ею князей с ростовским княжеским домом.

Во второй половине 1300 года Андрей посадил в Костроме своего старшего сына Бориса, умершего здесь 25 февраля 1303 года. (10, 486; 6, 66) После кончины Андрея Скоросого в Костроме развернулась борьба партий, жертвой которой стал Давид Зерно.

Василий Ярославич в 17 лет выбрался из-под опеки матери и перебрался в 1258 году в Кострому. В 1266 году он женился здесь на неизвестной. (28, 45) Его невеста родилась в 1249 году и, судя по анонимности, была либо боярышней, либо близкой родственницей жениха. Считается, что Андрей Скоросый родился в 1255 году и женился в 1271 году на княжне Евдокии в 16 лет. (6, 22 и 24) Из-за «эры –5509 года» дата его рождения «всплыла» на год, и женился он в традиционные для Залесской земли 17 лет.

Давид Зерно родился в 1238 году и в 1278 году был 40-летним. Его выдающееся положение на свадьбе среди бояр ряда княжеств следует связать с тем, что он породнился посредством браков с костромским князем, занял при нём главенствующее положение среди местных бояр, то есть стал тысяцким. Так как Андрей Скоросый был женат на княжне, Давид породнился с Василием Мизиным. При Андрее он сохранил своё положение и был наместником Костромы. Так как Андрей в Костроме бывал редко, Давид был фактически правителем крупного княжества, что и определило его высокое положение среди иных бояр, простых вельмож Рюриковичей.

Появление ярославца Давида Зерно в Костроме следует связать с его поступлением на службу к Василию Мизиному, с которым он был близок по возрасту, а в 1258 году, когда набирался двор Василия, был 20-летним. Судя по времени рождения невесты Василия Мизиного, она была двоюродной сестрой Давида, дочерью его погибшего к этому времени дяди Бориса Андриановича Поповича.

Андрей Скоросый участия в ярославской свадьбе не принимал. Приезд в Ярославль костромского наместника следует объяснить его родственными связями с местными боярами. На момент гибели Бориса Поповича его сын Осип был взрослым и унаследовал родовое прозвание. Но после скандальной гибели Бориса в следующем поколении родовое прозвание было сменено на Долговы. Оба рода роднились и гордились своим происхождением от ростовских бояр. Позднее они стали использовать сходные легенды о своём ордынском происхождении и, несмотря на очевидную ещё для книжников Ивана Грозного близость, родниться перестали.

Основой для легенды об ордынском происхождении костромских Сабуровых стали события 1302 года. В 1299 году ростовский князь Константин Борисович овдовел и через три года женился на ордынке. (30, 570) В Лаврентьевской летописи в статье 6810 (1302) года по этому поводу имеется такая запись:

«Того же лета оженися князь Костянтин в Орде у Кутлукорткы, а Федор у Вельбласмыша Михаиловича. Того же лета Костянтин жени сына Александра. (10, 528)

Константин женился в зрелом возрасте, имея взрослого сына Александра, женившегося в этом же году. Александр родился в 1286 году и женился в 16 лет. (10, 526) Под Фёдором понимался малоизвестный внук Глеба Васильковича – белозёрский князь Фёдор Михайлович, приходившийся Константину двоюродным племянником. Фёдор потомства не оставил, и белозерское княжество перешло к его младшему брату Роману и его потомкам. Тестем Фёдора стал Вельбласмыш. Михайловичем он стал из-за порчи текста, так как это отчество было у самого Фёдора.

Вельбласмыш соответствует Ильбасмышу, младшему сыну правившего в это время хана Тохты. (052-2, 100) Фёдор женился на внучке хана. Более знатный Константин также женился на Чингизидке. Кутлу-Корткы среди Чингизидов Золотой Орды того времени неизвестен. Тохта истребил большую часть своих взрослых родственников, чтобы сохранить ханский престол за своим потомством. Перед нами одно из имён самого Тохты.

Бояре брали пример с князей, получая менее знатных жён. В Орду ездили обычно зимой. Былое Ростовское княжество распалось на ряд уделов, но в рамках уже Ростовской земли связи между ними сохранялись. Поездка в зиму 1302/1303 годов как белозерского, так и ростовского князей говорит о том, что в поездке участвовали представители разных уделов этой земли. От Ярославского княжества ездил Давид Фёдорович, двоюродный брат Тохты по матери.

Костромской князь Борис Андреевич в феврале 1303 года скончался и, будучи больным, в ней не участвовал. В Орду ездил его старший боярин Давид Давидович, которому в это время было 64 года. Легендарный ордынец Захарий Чет соответствует Захарии Зерно, скончавшемуся в зрелом возрасте в 1331 году. (36, 482) Захарий был внуком Давида и во время поездки был молод. Судя по легенде, Давид во время русско-ордынских браков, пользуясь содействием ярославских бояр-родственников, женил внука на ордынке.

Русские отряды участвовали в борьбе Тохты с Ногаем, и русский воин убил Ногая. (052-2, 72) Памятуя это, Тохта выстраивал стратегический союз с русскими князьями, выдавая за них своих родственниц, подражая своему отцу.

После завершения эпохи монгольских завоеваний с её многочисленными жертвами и разрушениями началась эпоха мирного сосуществования Орды с попавшей в вассальную зависимость от неё Русью, взаимопроникновение культур.

Список

использованной литературы

1. Былины. М., 1988.

2. Густынская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. 40. СПб., 2003.

3. Дашков С. Б. Императоры Византии. М., 1996.

4. Джованни дель Плано Карпини. История Монгалов. Гильом Рубрук. Путешествие в восточные страны. Книга Марко Поло. М., 1997.

5. Долгоруков П. Российская родословная книга. Ч. 4. СПб., 1857.

6. Донской Д. В. Рюриковичи: Исторический словарь. М., 2008.

7. Ипатьевская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. 2. М., 1998.

8. Карамзин Н. М. История государства Российского. Т. 3 // Кн. I. Т. I–IV. М., 1988.

9. Киреевский П. В. Песни, собранные П. В. Киреевским. Вып. 4. М., 1879.

10. Лаврентьевская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. 1. М., 1997.

11. Летопись по Воскресенскому списку // Полное собрание русских летописей. Т. 7. М., 2001.

12. Львовская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. 20. М., 2005.

13. Московский летописный свод конца XV века. Академик Д. С. Лихачев об академике А. А. Шахматове // Русские летописи. Т. 8. Рязань, 2000.

14. Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов // Полное собрание русских летописей. Т. 3. М., 2000.

15. Новгородская четвертая летопись // Полное собрание русских летописей. Т. 4. Ч. 1. М., 2000.

16. Ончуков Н. Е. Новые былины из записей на Печоре // Известия Отделения русского языка и словесности Императорской Академии наук. Т. VIII. Кн. 3. СПб., 1903.

17. Патриаршая или Никоновская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. 10. М., 2000.

18. Попков В. Битва на реке Сить (к 735-летию битвы с монголо-татарами на реке Сить) // И бысть сеча злая и великая… Голос истории. Краеведческий альманах. Вып. 5. с. Новый Некоуз, 2013.

19. Рогожский летописец / Рогожский летописец. Тверской сборник // Полное собрание русских летописей. Т. 15. М., 2000.

20. Савёлов Л. М. Родословные записи Леонида Михайловича Савёлова: опыт родословного словаря русского древнего дворянства. Вып. 3. М., 1906.

21. Сахаров Н. Народная память о Ситской битве (из краеведческих записок к 760-летию битвы с монголо-татарами на реке Сить) // И бысть сеча злая и великая… Голос истории. Краеведческий альманах. Вып. 5. с. Новый Некоуз, 2013.

22. Сергий. Полный месяцеслов Востока. Т. 1. М., 1997.

23. Сергий. Полный месяцеслов Востока. Т. 2. М., 1997.

24. Сергий. Полный месяцеслов Востока. Т. 3. М., 1997.

25. Симеоновская летопись // Русские летописи. Т. 1. Рязань, 1997.

26. Сказания и повести о Куликовской битве. Л., 1982.

27. Татищев В. Н. Собрание сочинений. Т. 3 // Татищев В. Н. Собрание сочинений. Т. 2, 3. М., 1995.

28. Татищев В. Н. Собрание сочинений. Т. 5 // Татищев В. Н. Собрание сочинений. Т. 5, 6. М., 1996.

29. Тележкин Н. Сить (Краеведческий очерк) // И бысть сеча злая и великая… Голос истории. Краеведческий альманах. Вып. 5. с. Новый Некоуз, 2013.

30. Титов А. А. Ростовский уезд Ярославской губернии. 1885.

31. Рашид-ад-дин. Сборник летописей. Т. II. М.-Л., 1960.

32. Родословная книга князей и дворян российских и выезжих (Бархатная книга). Ч. I. М., 1787.

33. Родословное древо тюрков. Сочинение Абуль-Гази, хивинского хана / Перевод и предисловие Г. С. Саблукова, послесловие и примечание Н. Ф. Катанова. Казань, 1906.

34. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II. Извлечения из персидских сочинений собранные В. Г. Тизенгаузеном и обработанные А. А. Ромаскевичем и С. Л. Волиным. М.-Л., 1941.

35. Тверская летопись / Рогожский летописец. Тверской сборник // Полное собрание русских летописей. Т. 15. М., 2000.

36. Тороп В. Былина о Романе. Быково, 2021.

37. Тороп В. Норманны на Руси. Кн. 2. Родственники Ингигерд. Быково, 2014.

38. Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50-х годов XVI в. М.-Л., 1950.

39. Успенский Ф. И. История Византийской империи. Расцвет. Крушение. М., 2011.

40. Устюжский летописный свод (Архангелогородский летописец). М.-Л., 1950.

41. Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. Алма-Ата, 1992.

42. Халанский М. Великорусския былины Киевскаго цикла. Варшава, 1885.