1175 год:

рождение монгольского полководца Субедея.

1180 год:

рождение хоробра Александра Поповича (сын владимирского тиуна Юрия Долгого и Парасковии Матвеевны).

1185 год:

рождение монгольского хана Джучи (второй сын Чингисхана и Борте, традиционно 1184 год, старший сын Чингисхана).

1186 год:

рождение ростовчанки Настасьи (дочь Петра Матвеевича и Ярославны, супруга Ивана Якимовича и Александра Поповича).

1188 год:

рождение ростовского тысяцкого Луки Сбродовича (сын Петра Матвеевича и Ярославны).

Подробнее...

Дворянский род Долговых-Сабуровых так определял своё происхождение:

«Предок их мурза Атун, сын мурзы Андана, принял в тринадцатом веке святое крещение под именем Бориса. Он имел сына Осипа, внука Матвея, по прозвищу Долгий, и правнука Федора, по прозвищу Сабур». (5, 393)

Мурза Атун, сына мурзы Андана, крестился в XIII веке и принял имя Борис. Его внук Матвей Осипович имел прозвище Долгий, правнук Фёдор – прозвище Сабур. Мурза крестился в Ярославле, а затем перебрался во Владимир-Залесский и стал боярином Александра Невского. Александр жил во Владимире-Залесском в 1252–1263 годы.

Титул мурза восходит к иранскому обозначению принца (амир-заде). В раннюю эпоху ордынской истории этот титул принадлежал Чингизидам. Вхождение жителя провинциального Ярославля в малочисленную боярскую думу великого князя, равно как и неизвестное, по письменным источникам, крещение Чингизида – факты из разряда недостоверных. Но зато в этот период в Ярославле произошёл такой примечательный случай:

«В лето 6770 (1262). Избави Бог от лютаго томленья бесурьменскаго люди Ростовския земля. Вложи ярость в сердца крестьяном не терпяще насилья поганых. Изволиша вече и выгнаша из городов из Ростова, из Володимера, из Суждаля, из Ярославля. Окупахуть бо ти ока(я)ннии бесурмене дани. И от того велику пагубу людем творяхуть. Роботяще резы и многы души крестьяньскыя раздно ведоша. Видевше же человеколюбец Бог послуша моленья Матерняя избави люди своя от великыя беды.

Подробнее...

В битве на реке Сити великий князь владимирский Юрий Всеволодович погиб, а Василько Константинович был взят монголами в плен, уведён ими, а затем 4 марта 1238 года казнён в Шернском лесу. (10, 465–466) Обнаружение тела Василька летописец описывает так:

«Виде и етера жена верна поведа мужю богобоязниву поповичу Андрияну. И взя тело князя Василка и понавицею обит, реку саваном, и положиша его в скровне месте. Уведав же боголюбивыи епископ Кирил и княгыни Василкова, послаша по князя, принесоша и в Ростов». (10, 466)

Князя обнаружила анонимная женщина. Её муж Андриан удостоился именования. Он спрятал тело в укромном месте и сообщил о находке в Ростов, откуда прибыли посланники и увезли останки для захоронения. Прозвище Попович было осмыслено как сын попа, отчего появилось не имевшее отношения к событиям определение Андриана как богобоязливого. В более подробном сообщении Никоновской летописи женщина названа Марией, а её муж Адрияном Поповичем. (17, 110)

Тело князя было обнаружено вскоре после казни в марте. Поездка Марии в лес после ухода из него страшных завоевателей следует связать с тем, что она была хозяйкой этих мест, и с отсутствием мужа, участвовавшего в войне.

Подробнее...

Незадолго до Калки в Киеве появился высокопоставленный выходец из византийских земель – митрополит Кирилл. В Никоновской и Тверской летописях в статье 6729 (1221) года есть известие о кончине его предшественника митрополита Матфея. (17, 87; 35, 332) В Густынской летописи кончина отнесена на этот же год, а в следующей статье упомянута комета Галлея 1222 года. (2, 115)

У Татищева кончина Матфея датирована 1220 годом, но на этом участке его текста была применена «эра –5507 года». Так, перед сообщением у него говорится о пострижении в монастыре Аркаж больного новгородского посадника Твердислова Михалковича, что по новгородскому летописанию произошло 8 февраля 1222 года, когда шёл предыдущий календарный год. После сообщения говорится о высылке из Новгорода князя Всеволода Мстиславича (сын Мстислава Романовича Старого) и последующей отправке к Юрию Всеволодовичу во Владимир-Залесский архиепископа Митрофана и посадника Иванка Дмитрова просить на княжение его сына Всеволода. В новгородском летописании высылка и посольство помещены в смежные статьи 6729 (1221) и 6730 (1222) годов. (27, 210; 14, 60) Всеволод был выслан из Новгорода в феврале 1222 года, посольство уехало в марте, когда шёл следующий календарный год.

В Лаврентьевской летописи кончина Матфея отнесена на 1220 год на память святых Андрияна и Натальи, отмечаемую 26 августа, но день явно испорчен и при августе стоят буквы-числа 9 и 10. (10, 445) Матфей умер 26 августа 1221 года. Новгородский писатель присоединил это полученное извне известие к концу годовой статьи.

Подробнее...

В былине «С каких пор перевелись витязи на Святой Руси» похвальба витязей описана так:

«И стали витязи похвалятися:

„Не намахалися наши могутные плечи,

Не уходилися наши добрые кони,

Не притупилися мечи наши булатные!”

И говорит Алеша Попович млад:

„Подавай нам силу нездешнюю,

Мы и с тою силою, витязи, справимся!”.

Как промолвил слово неразумное,

Так и явились двое воителей». (1, 314)

Подробнее...

По сведениям Татищева, русы потеряли в битве на Калке 70 тысяч воинов. Таких крупных потерь русских войск в одном походе история не знала. Но и монголам победа далась дорогой ценой. Татищев:

«Татара хотя так великое войско русское победили, но своих весьма много потеряли. И сами сказывают, что их на этом бою более 100 000 побито и хана их большей сын Тосхус убит». (27, 218)

Татищев исчислил потери монголов в 100 тысяч человек «на этом бою», под которым понимал основное сражение, включая оборону крепости у Каменных могил. В трёхдневном основном сражении русы потеряли около 44 тысяч, а при защите крепости – 9 тысяч. Исходя из данных Татищева, остаётся 17 тысяч. Это близко потерям авангарда, которые за четыре дня боёв по 10% в день составили около 18 тысяч.

Информатор Татищева не учитывал потери при отступлении. Приведённые им потери монголов состояли из потерь в авангардных боях, в основном сражении и при штурме крепости. События отступления и связанные с ним потери сторон ему были неизвестны. Круглая цифра потерь обеих сторон говорит об их округлении.

Подробнее...

Несмотря на содержащееся в послании к Андрею ходатайство патриарха за Нестора, Андрей, раздосадованный неудачей, не принял его на епархию.

В Никоновской летописи в статье 6670 (1162) года описан крупный ростовский пожар, после которого было обнаружено нетленное тело Леонтия, одного из ранних ростовских епископов. Ростовским епископом в это время был Иван-Иоанн, который по благословению митрополита Феодора установил день поминовения св. Леонтия 23 мая. (15, 230–231)

Раку с мощами св. Леонтия поместили в новом каменном Успенском соборе Ростова, построенном взамен сгоревшего в зиму 1160/1161 годов деревянного собора. В Никоновской летописи пожар помечен 1162 годом, так что заимствован из переяславского летописания. (15, 230–231) В святцах отмечается память перенесения мощей св. Леонтия Ростовского, умершего в 1073 году, под 5 февраля и 23 мая. (18, 35 и 154) Его кончина не нашла отражения в летописях. В киевском летописании в это время применялась «эра –5508 года», и с церковной датировкой можно согласиться.

Знаток истории Русской церкви Антон Иванович Никольский отмечал разнобой известий о кончине Леонтия. По одним данным, он умер в 1070 году, по другим – убит язычниками в 1073-м. В житийной литературе сообщается о его мирной кончине. Евгений Евсигнеевич Голубинский считал, что епископ умер ранее 1077 года. Нетленное его тело было обнаружено 23 мая 1161 года при копке рвов под стены каменного храма. (13, 222–223)

Подробнее...

В конце правления Юрия Долгорукого против него созрел заговор князей во главе с Изяславом Давидовичем. Перед намечавшимся нападением Изяслава на Киев к нему приехали киевляне с известием о кончине Юрия. После пира у Петрилы он в ближайшую ночь разболелся и, проболев пять дней, умер 15 мая в среду, что соответствует 1157 году. В Ипатьевской летописи рассказ датирован по «эре –5509 года». (8, 489)

Петрила назван осмеником, то есть входящим в число восьми. (6, 247) Он был из тысячников выставлявшегося Киевом восьмитысячного войска. Князь пировал у одного из своих воевод.

Пир был 9 мая в четверг, в день недели, подходящий для застолий. В этот день отмечался праздник Николы Вешнего и попразднество Иоанна Богослова, популярного среди ростовских старорусских христиан. Указание Никоновской летописи о пире 10 мая основано на ошибочных вычислениях летописца, принявшего день пира за первый день болезни. (15, 208)

Летописцы не считали виновником в скоропостижной смерти правителя Петрилы, иначе бы не назвали его имени. Отсутствие обвинений означает, что воевода входил в круг доверенных лиц князя, то есть был выходцем из Залесской земли. Петрило был ростовцем. В нём узнаётся ростовский боярин Сбут Матвеевич, внук которого был назван в честь него Петром. Сбуту в это время был 41 год.

Подробнее...

В 1164 году в походе Андрея Боголюбского на Волжскую Булгарию с ним был его сын Изяслав, брат Ярослав и муромский князь Юрий Владимирович. Поход был победоносным со взятием и сожжением трёх непоименованных городов и Бряхимова. (9, 352) В Тверской летописи уточняется, что Бряхимов стоял на Каме. (23, 236) В нём узнаётся стоявший близ устья Камы Булгар. Булгарское войско во главе с их правителем, названным летописцем князем, было разбито 1 августа, после чего правитель ушёл в Великий город, то есть Биляр. (15, 209; 22, 80) Поход начался в июле и завершился в августе.

В следующей годовой статье есть известие о кончине 28 октября Изяслава Андреевича и его похоронах во владимирском Успенском соборе. Смерть молодого князя следует связать с ранением, полученным в булгарском походе. Изяслав умер 28 октября 1164 года, а годичный сбой был связан с влиянием «эры –5509 года». В Тверской летописи о его кончине говорится в статье 6672 (1164) года:

«Того же лета преставися у князя Андрея сын Изяслав, пришед из болгарского бою». (23, 236)

Изяслав умер вскоре после похода, что летописцами скрывалось. Следует принять датировку поздних московских летописцев, относивших кончину к 28 сентября 1164 года. (12, 102) Война с булгарами была кровопролитной в отличие от летописной версии.

Подробнее...

Начало залесской смуты Татищев описал так:

«6670 (1162). В сие время произошла ересь леонтинская. Епископ ростовский Нестор был есче жив, но запретил ему митрополит служить под клятвою и отлучен от епископства. Тогда некто Леонтий купил у митрополита епископство белоруское сребром и пришел во Владимир ко Андрею. Андрей же, великий князь, не хотя Нестора оскорбить, надеяся ему у митрополита просчение испросить, но и митрополита не хотел обидеть, оставил Леонтия во Владимире. Потом разрешен был и Нестор от митрополита и отпусчен в Ростов. И было тогда в Белой Руси 2 епископа. Но вскоре клеветники смутили великаго князя с епископом Нестором, тако ж с братиею его Мстиславом, Михалком и Всеволодом, которые по завету отцов имели свои грады к содержанию в Белой Руси. И оных Андрей изгнал от владений и прежних вельмож многих отца своего, которые, отъехав, жили на Руси у братии Глеба и Василька и у Святославича Ольга, не имея от Андрея ничего. А Нестор уехал в Киев. Леонтий же, хотя не был учен, но гордостию надмен, шед в Ростов, начал учить развратная, яко не есть мяса в господские праздники». (22, 77)

Подробнее...